Спорт-Экспресс в Украине > Откровенный собеседник > Леонид ИВАНОВ: "Чтобы меня отпустили из спорта, пришлось "сломать" ногу"

Леонид ИВАНОВ: "Чтобы меня отпустили из спорта, пришлось "сломать" ногу"

07.07.16, 10:55   Просмотров: 29362936 Комментариев: 4 4

Фото Леонид ИВАНОВ: "Чтобы меня отпустили из спорта, пришлось "сломать" ногу"
Фото из личного архива Леонида ИВАНОВА
СОВРЕМЕННОЕ ПЯТИБОРЬЕ
 
Чемпион мира-1971 по современному пятиборью в командном зачете Леонид Иванов завершал спортивную карьеру, распланировав жизнь на годы вперед. И спорту в этих завидных перспективах места не отводилось вообще.
 
Но со временем успешный бизнесмен понял, что больше не может обходить стороной родную базу львовского СКА, где вопреки всем трудностям топтали дорожку к пьедесталу новые поколения пентатлетов.
 
Вице-президент Федерации современного пятиборья Украины Леонид Иванов в интервью «СЭ» рассказал о «лошадином невезении» на чемпионатах мира; о разрешении уйти из спорта, купленном за бутылку водки; о крепкой мужской дружбе с Павлом Ледневым, за которую нужно было «отвечать» погонами.
 
А также о самой яркой звездочке в его жизни-внучке Тае, которая, примеряв серебряную олимпийскую медаль бабушки, знаменитой лучницы Валентины Ковпан, решила и себе завоевать такую. Только уже золотую.
 
ВЕЛИКИЙ БАЛЬЦО НАС НЕ ДОСТАЛ
 
- В 1971 году вы стали чемпионом мира в командной зачете вместе с Борисом Онищенко и Сергеем Лукьяненко. Что осталось в памяти о самом удачном для вас мировом чемпионате?
 
- Сказать, что борьба шла за каждое очко, это ничего не сказать. Чего стоили одни только  имена наших соперников: великий Андраш Бальцо, Петер Келеман и Жигмонд Вилланьи. А у нас Борька Онищенко, и мы с Сережей Лукьяненко - совсем еще пацаны. Пашка Леднев тогда в команду не попал. Мы с Борей в тот год выступали лучше, а москвич Лукьяненко стал представителем в сборной столичного пятиборья.
 
Тренеры просто не могли включить в команду еще одного львовянина. Сборная Украины на чемпионате мира - это был бы скандал. В то время уровень развития спорта во Львове был невообразимым. Вы можете себе такое представить: в 1971-м, будучи чемпионом мира в командном турнире, я не попал в десятку лучших спортсменов города. Одиннадцатым стал после наших выдающихся фехтовальщиков, штангистов, пловцов. 
 
А еще незадолго до чемпионата в Сан-Антонио у Леднева «выплыла» история с плащами. Этим грешил не только он. Все спортсмены в те времена возили из-за границы ходовые вещи, которые потом перепродавали. Там они стоили два-три доллара, а в Союзе их можно было продать за 100-150 рублей. Тогда к жене Пашки подошел милиционер и сказал отдать плащи, которые привез ее муж. Она и отдала тридцать плащей, чего нельзя было делать ни в коем случае...  У гимнаста Николая Андрианова тогда три десятка автомагнитол забрали. Потом, правда, этот «пожар» потушили: олимпийский чемпион ведь, народный любимец. Время тогда такое было.
 
- В личном зачете вы остановились в шаге от пьедестала почета…
 
- Я был в лучшей своей форме и выглядел посильнее соперников. Но на лошади привез всего 800 очков, и в общем зачете проиграл чемпиону, Борьке Онищенко, около семидесяти пунктов. Вторым был Вилланьи, Бальцо третьим, а я за ними четвертым. Андрашу я уступил каких-то 12 очков. Почему завалил конкур? Лошадь плохая была. Или всадник. Одно из двух. Тогда конкур был первым видом. Так что уже к фехтованию у моих конкурентов была фора в 300 пунктов. Фехтование, впрочем, я выиграл. Как и следующие состязания - стрельбу. Проплыл с лучшим результатом и стал третьим в беге. Соревнования по бегу были самым драматичным стартом того чемпионата мира. Перед заключительным видом мы с ребятами выигрывали у венгров всего ничего - 40 очков. Для Бальцо отыграть ногами минуту у Онищенко было раз плюнуть. Все венгры ведь отличные бегуны.
 
Сложность еще состояла в том, что тогда по правилам практиковался раздельный старт: соперники выбегали по жребию с минутным гандикапом. Первым у нас стартовал Лукьяненко. С Вилланьи, которому он теоретически должен был проигрывать по всем статьям, Серега пробежал секунда в секунду. А дальше пришла наша с Келеманом очередь. Я решил «убить» его быстрым темпом уже на первых двух километрах. Петер поддался на мою провокацию, бросился меня догонять и не выдержал темпа. В своем забеге я «принес» венграм минуту и десять секунд. Для Онищенко в его дуэли с Бальцо это стало неплохим заделом. Андраш бежал за Борей след в след, доставая его с каждым шагом. Минута преимущества уже растаяла. До финиша оставалось сто метров - секунды таяли неумолимо. Оба соперника рухнули на финише. Борька выстоял. Великий Бальцо его не достал.
 
- Тогда, в Сан-Антонио, венгерская сторона подала на вас протест. В чем было дело?
 
- В тире мы стреляли с Бальцо практически плечо в плечо: нас отделяла лишь тонкая «тряпочка». Стреляли мы и неспешно беседовали. После трех серий у меня было пять потерь, у Андраша - на одну больше. И вот в заключительной серии я возьми и скажи: «Андраш, я сейчас полтинник стреляю, а ты 46». Он что-то пробурчал. А потом я попал в 50, а он, как я и предсказывал, в 46. В тире я всегда был уверен в себе: мне принадлежал неофициальный мировой рекорд - 200 из 200. Бальцо выбежал с диким воплем, пугая всех вокруг и понося меня, на чем свет стоит. (Смеется).
 
Вот венгры и подали протест. Но он, естественно, не был удовлетворен: правил я не нарушал. А говорить можно все, что вздумается. На банкете Андраш сам подошел ко мне: «Ладно, Иванов, давай выпьем. Но все равно ты…»
 
ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО СПОРТА В СССР НЕ БЫЛО, ПОЭТОМУ ДЕНЬГИ ПОЛУЧАЛИ В СЕКРЕТНОЙ КАССЕ 
 
- Почему через год вы не отобрались в команду на Олимпийские игры в Мюнхен?
 
- Мне как-то не везло с Олимпиадами. Во взрослую команду меня взяли еще юниором, после победы на чемпионате мира среди ровесников. На Олимпийские игры 1968 года в Мехико я, еще совсем мальчишка, попадал в состав вторым номером. Но в последний момент меня «отцепили». По официальной причине «не успели оформить документы». На самом же деле московское руководство никак не могло дать добро на то, что на Олимпиаде будет выступать сборная Украины (в Мехико в итоге полетело лишь двое украинцев - Павел Леднев и Борис Онищенко).
 
А перед Мюнхеном я попросту «поломался»: на тренировке по конкуру пошел на высокую стену, упал, и лошадь накрыла меня. В госпитале провалялся два месяца.
 
- Спустя год в Мексике…
 
- …мы с Володькой Шмелевым и Пашкой Ледневым стали бронзовыми призерами чемпионами мира в командном зачете. И опять нас подвела моя лошадь. По жребию я вытащил хромую лошадь, которую тут же сняли с соревнований. Дальше было еще хуже: во время повторной жеребьевки мне досталась крошечная лошадка, размером с пони. Для спортсмена моего роста это было катастрофой: ноги у меня свисали практически до земли. Но я должен был ехать - за мной стояла страна. Я гнал ее шпорами, но лошадка не способна была даже на малое: продираясь вперед, она проламывала все препятствия. К финишу мы пришли красные от крови. Из 22 команд наша опустилась на 21-е место. То, что мы с ребятами выкарабкались потом на пьедестал, стало настоящим чудом. Это все понимали. Поэтому и премиальные за «бронзу» нам выплатили по тарифам «золота».
 
Деньги мы всегда получали в секретной кассе, ведь официально в Союзе не было профессионального спорта. В интервью зарубежным журналистам я должен был говорить, что днем занимаюсь с солдатами, а вечером, после работы, тренируюсь. Мне неприятно слышать, когда спортсмены, выступавшие со мной в одно время, жалуются: «Вот сегодня спортсменам платят большие призовые. Нам же в свое время ничего не платили». Я в таких случаях всегда напоминаю: «Вот тебе трехкомнатную квартиру выдали? В том районе, который ты сам себе выбрал? И машину? А сейчас молодым ничего не выдают - все сами покупают за «большие» призовые». В те времена элитные спортсмены имели практически все материальные блага, которые только могли пожелать. 
 
ПРЕДСТАВЬТЕ, В ОДИН МИГ ГЕНЕРАЛ СТАНОВИТСЯ РЯДОВЫМ
 
- В 1975 году вы решили закончить карьеру. Почему, ведь до Олимпиады оставался всего один год?
 
- Меня ждали куда более заманчивые перспективы - интересная работа за границей. А совмещать службу со спортом больше не получалось. Но чтобы закончить карьеру, мне даже пришлось разыграть небольшое шоу. На чемпионате вооруженных сил на львовском СКА на глазах всех наших командующих я падаю с лошади и «ломаю» ногу. На следующий день приезжаю в гипсе. Но руководство до последнего не хотело меня отпускать. «Принесите мне снимок ноги Иванова», - кричал начальник. Нет ничего проще: в госпитале за бутылку водки такой снимок могли сделать, что без содрогания смотреть было невозможно. (Смеется)
 
- Практически ни один из известных пятиборцев в итоге не стал тренером. Почему?
 
- Я и сам бы хотел получить ответ на этот вопрос. Возможно, «наедаются» спортом до конца жизни. Однажды на чемпионате мира в Венгрии встретил старых знакомых. Один ушел в бизнес. Второй в армии служит. Бальцо вот живет в деревне и лошадей разводит. Да что говорить, у меня самого к тренерской деятельности никогда не было страстного желания. Обычно замечательные наставники получаются из довольно-таки посредственных спортсменов.
 
Для украинских спортсменов завершение карьеры является болезненным процессом. Однажды во время беседы уже с экс-ректором Львовского университета физкультуры Мирославом Герциком, я сказал: «Беда наша в том, что мы не учим спортсменов высокого класса адаптироваться к жизни после спорта». Окончание карьеры - это, на самом деле, огромный стресс. Вот представьте: многие годы спортсмен жил, окруженный славой и любовью болельщиков. Но стоит попрощаться со спортом, и бывший народный любимец понимает, что вокруг него вакуум.
 
Генерал становится обычным рядовым и должен начинать жить с нуля.
 
ЛЕДНЕВ БЫЛ НАСТОЯЩИМ ВОЖАКОМ НАШЕЙ СТАИ
 
- С Павлом Ледневым вы тренировались у одного тренера. Вы были друзьями?
 
- Да. Я приехал во Львов по приглашению Федора Степановича Коты - юным и никому не известным. Знаменитый наставник Павла Леднева увидел во мне какие-то задатки. В то время Пашка уже был маститым спортсменом. Но вместо того, чтобы задирать нос, принялся изо всех сил помогать мне. И я, как губка, впитывал ледневскую науку. Бывало, прибегаем после изнурительного кросса, я под собой ног не чую. А Пашка кричит: «Так, молодой, еще один круг побежал! Давай-давай, еще четыре километра! Ты ведь хочешь стать чемпионом?» Я хотел. И бежал. А когда поджимать его вплотную стал, он, смеясь, говорил: «Ты только посмотри, какой ловкий! Вот воспитал на свою голову!» Пашка был настоящим вожаком нашей пятиборной стаи: готов был прийти на помощь по первому зову. Экипировкой делился, денег мог дать, если нужно. Бескорыстным таким был парнем…
 
Я для друга тоже готов был на все. Когда его пожизненно дисквалифицировали (из-за той истории с болоньевыми плащами), мы с Федором Степановичем каждый день оббивали порог командующего - единственного человека, который мог повлиять на Пашкину судьбу. В конце концов, он мне сказал: «Хорошо, я подпишу прошение. Но отвечать за Леднева будешь ты - своими погонами». Я согласился, не раздумывая. С такой же нежностью и благодарностью, как Пашку, вспоминаю нашего тренера. Другого такого, как Кота, даже тогда больше не было. А сейчас и вовсе подобных наставников встретить нереально. Он был для нас вторым отцом. Мы жили в гостинице недалеко от нашей базы СКА. Так Федор Степанович из дому в одиннадцать вечера приезжал, чтобы убедиться: мы на месте, и у нас все в порядке. Он за нас горой был, когда случалось нам по молодости чудить и попадать в разные истории.
 
- Вы часто теперь плаваете и выходите на пробежку?
 
- Мне всегда нравилось плавать. Но когда тебя трижды в день загоняют в бассейн... В общем, понадобилось много времени, чтобы отдохнуть от плавания. На пробежки регулярно выхожу и сейчас. Бегаю немного - по три-четыре километра. А вот шпагу в руки не брал уже много-много лет: как только завязал со спортом, всю свою фехтовальную экипировку подарил друзьям.
 
12 МАЯ 2006 ГОДА ЖЕНА ВЫШЛА С РАБОТЫ... И ПРОПАЛА
 
- Вашей женой стала вице-чемпионка Олимпийских игр по стрельбе из лука Валентина Ковпан. Где вы с ней познакомились?
 
- В техникуме пищевой промышленности. Не удивляйтесь: там проходил спортивный вечер, на который пригласили ведущих спортсменов Львова. Это был 1975 год: в то время я уже выиграл все свои медали, а у Вали главные победы были еще впереди. Мне понравилась эта девушка, и я пригласил ее на свидание. 
 
- Как вы узнали, что в один из июльских дней 1976 года ваша жена стала призером Олимпийских игр?
 
- Смотрел телетрансляции. Вале всегда плохо давалась стрельба на 50 м, я больше всего волновался по этому поводу. 30 м она отстреляла с пятым результатом. А после ненавистного «полтинника» улетела на несколько десятков мест. Но потом были мировые рекорды на 60 м и 70 м. До «золота» Вале не хватило всего трех пунктов. Жена стала первой, кто привез во Львов олимпийскую медаль. На тот момент у нас уже был старший сын. Во время подготовки мамы к Играм Денис жил у бабушки в Кировоградской области.
 
Валя стреляла еще два года. А потом вместе со мной на десять лет уехала в Прагу - меня пригласили туда на работу. Валя скучала по стрельбе, самой атмосфере соревнований. Поэтому в Праге пошла на СКА: в основном помогала тренировать спортсменов, даже выезжала с ними на соревнования. Но когда мы вернулись во Львов, она начала работать по специальности - стоматологом, в областной больнице. Там же все и произошло... 12 мая 2006-го, еще засветло - в восемь часов вечера, она вышла с работы, пошла домой. И пропала. Я поднял на уши весь город. Мы обыскали Львов и все окрестности. Все вокруг обклеили листовками с ее фотографией. Но не нашли ни следа, ни зацепки... Не было ни одного свидетеля. После этого случая я начал читать заметки о пропавших людях и с удивлением обнаружил: оказывается, у нас очень много людей - 300-400 в год - пропадает бесследно.
 
НА СОРЕВНОВАНИЯ ВНУЧКА ПУСКАЕТ ТОЛЬКО МЕНЯ
 
- Ваши сыновья занимались спортом?
 
- Я пытался приобщить их к спорту, но особого рвения у Кости и Дениса не увидел. А вот внучка пошла по стопам бабушки. Тая вместе с подружкой записалась в спортивную школу по стрельбе из лука «Электрон». Я об этом узнал только через два месяца, совсем случайно. Встречаю на улице директора этой школы Надежду Кокот, она мне и говорит: «Ваша девочка такая молодец, старается. Вот только недавно пришла, а у нее уже многое получается». У меня шок: «Кто? Какая девочка?» «Тая, она ведь, результаты уже хорошие показывает» -посмеявшись, Надежда мне все объяснила.
 
За два года внучка выполнила норматив мастера спорта и вошла в юниорскую сборную Украины. С женой я не очень разбирался в тонкостях стрельбы из лука. А вот с внучкой выучил даже названия наименьших деталей. (Смеется).
 
- Тая сознательно выбрала стрельбу из лука?
 
- Оказывается, она помнит все истории о луке, которые ей рассказывала бабушка. И на стрельбу пошла осознанно. Тая у меня - девочка с характером. Показываю ей бабушкину олимпийскую медаль: «Видишь, Таечка, у твоей бабушки была серебряная медаль». «А у меня золотая будет», - тут же решила она. И еще упорней тренироваться начала. Могла бы, целыми днями пропадала бы на стрельбище. Но она также серьезно относится еще и к учебе в медицинском университете.
 
Меня одного из родственников пускает к себе на соревнования. Как-то после поражения в полуфинале, я впервые в жизни увидел, как моя Тая плачет. Рыдала навзрыд. Я даже побоялся к ней подходить. Так что спортом она, очевидно, «заболела» всерьез и надолго.
 
Елена САДОВНИК, Спорт-Экспресс в Украине
Невероятно, но факт:
 
Читайте также:
 
Материалы по теме:
Другие новости:
 
Комментарии
Еще никто не комментировал.
Добавить
Имя
Комментарий
- введите код с картинки (с учётом регистра)
 
Спорт. Реклама
Книга о Суркисе
Социальные сети
Наши партнеры

Content on this page requires a newer version of Adobe Flash Player.

Get Adobe Flash player

Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер:

Наши друзья
Прессинг
Динамо Киев от Шурика