Спорт-Экспресс в Украине > Откровенный собеседник > Сергей СТАХОВСКИЙ: "Сафину прощали все за то, что он был настоящим"

Сергей СТАХОВСКИЙ: "Сафину прощали все за то, что он был настоящим"

11.07.12, 07:30   Просмотров: 51485148 Комментариев: 0 0

Фото Сергей СТАХОВСКИЙ: "Сафину прощали все за то, что он был настоящим"

В интервью «СЭ» ведущий украинский теннисист рассказал, как живет на три страны, но хранит спортивную верность Украине, и объяснил, почему в жизни каждого спортсмена должна быть хотя бы одна Олимпиада

Неброская стильная одежда, тихий приятный голос и скромность - ну разве так выглядят звезды? Представьте себе, да! Сергею Стаховскому, даже имея такой высокий рост, неплохо удавалось оставаться незаметным в толпе чиновников и тренеров, собравшихся на кортах Дворца спорта «Украина» во Львове. Несмотря на плотный соревновательный и тренировочный график, он нашел возможность провести мастер-класс для своих самых юных поклонников. Львовские любители тенниса до сих пор вспоминают десятилетнего Сережу, которого на корт неизменно приводил дедушка. Стоило этому интеллигентному мальчику взять в руки ракетку, как он становился хищником и шоуменом, готовым порвать соперника и взбудоражить зрителя. Грубой силе и безудержной мощи большинства современных теннисистов Стаховский и сейчас противопоставляет тактику. И не беда, что золотое время интеллектуального тенниса уже позади. Стаховский уверен, что играть умно будет в почете всегда.

У ФЕРРЕРА ХВАТКА ПИТБУЛЯ.

- Теннис - это очень быстрые шахматы, - берет слово Сергей Стаховский. - По сути, когда сражаются два человека, они либо пытаются победить друг друга собственным оружием, либо выезжают за счет чужих слабостей. Я стараюсь отыскать своеобразные щелочки в защите противника, а потом проникнуть в них и разрушить все его планы. То есть делаю ставку на тактику.

- Но ведь сегодня побеждают, скорее, благодаря огромному физическому потенциалу и мощи. Рафаэля Надаля и Роже Федерера именно это приводит к победам, вы не находите?

- Надаля и Джоковича - бесспорно. А вот Федерер - это уникум, чей талант поистине от Бога. Он может играть по-всякому: и в мощный теннис, и в интеллектуальный. Но в целом вы правы. Сегодня очень много «физического» тенниса, который состоит в том, чтобы перебить мяч на один раз больше, чем соперник. За последние пять-шесть лет все теннисисты вынуждены были стать великолепными атлетами. А до этого игра была более вариативной. Сейчас, к сожалению, все покрытия, да и мячи тоже стали очень медленными, по причине этого и затягиваются розыгрыши. Поэтому волей-неволей пришлось подтянуть «физику» и начать играть в тот теннис, который нам диктует время. Не хочется ли вернуться в прошлое, чтобы в полном объеме поиграть именно в тот старый интеллектуальный теннис? Вероятно, да, но это невозможно. Сегодня выход к сетке после подачи - уже раритет.

- Но в последнее время вас самого все чаще можно увидеть у сетки…

- На самом деле, я всегда любил это, просто временами воздерживался из тактических соображений. Но пришло время, и я заметил: если уж и проигрывать, то только в определенном стиле. А если проигрываешь, не имея при этом шанса победить, значит, необходимо что-то менять. И я решил, что нужно играть агрессивнее. А делать это, оставаясь все время на задней линии, физически очень тяжело.

- Высокий рост для тенниса - это преимущество или, скорее, недостаток?

- В современном теннисе высокий рост может быть и преимуществом, и недостатком одновременно. А вообще, сегодня нужно быть или уж слишком высоким - чтобы хорошо подавать, или же компактным, умеющим делать все: от быстрого передвижения по корту до филигранного исполнения всех теннисных элементов. Вот самый высокий теннисист в мире Иво Карлович очень хорош в подачах, но в игре он - далеко не эталон.

- А кто же тогда из теннисной элиты вам больше всего импонирует по стилю игры?

- Если я скажу Федерер - это не будет откровением. Роже нравится всем. На корте он может все. Вот в прошлом году он ногами перебегал даже Надаля, что доселе казалось просто невозможным. Рафаэль доминировал на всех покрытиях очень долго. А тут случилось чудо: Федерер побил испанца его же оружием. Никто этого не ожидал. Каждый из «топовых» игроков по-своему уникален. Что бы я хотел «одолжить» у ведущих теннисистов? Мне от них ничего не нужно. (Улыбается). Ведь никто не может повторить удар справа Марата Сафина. Нужно, конечно, пытаться, но пока что копия всегда была хуже оригинала. У Федерера есть невероятное чувство мяча, отличный резаный удар, а также шикарная подкрутка. Да и вообще он самый «комплектный» игрок, поскольку может играть впереди, сзади и с лету, одинаково успешно подавать и принимать мячи. Надаль владеет бешеной скоростью. Джокович очень хорошо двигается именно в корте. Энди Мюрей умеет читать соперника. У Дэвид Феррера хватка питбуля. Мое самое мощное оружие - это рваный ритм игры, который неудобен любому на другой стороне корта. А еще непредсказуемость. Теннис при его постоянном ритме - это определенная рутина. А если соперник никак не может войти в твой ритм, его можно брать «живым». В последнее время мне это неплохо удавалось, но, к сожалению, до конца реализовать свой козырь не получается.

- С кем из соперников не любите встречаться на корте?

- Неудобным для меня является Феррер. Я ему уже три или четыре раза проигрывал. К тому же на Уимблдоне в матче с Феррером вывихнул плечо и потом четыре месяца не играл вообще.

- Когда-то вы признались, что вашим кумиром был Марат Сафин. И импонировала даже не столько манера его игры, как то, какие номера он выкидывал на корте. А вы сами пытаетесь каким-либо способом внести элементы шоу в свой теннис?

- Мы зарабатываем деньги за счет того, что люди приходят на нас смотреть. А теперь представьте на секундочку, что зрителям смотреть будет неинтересно. Поэтому я всегда стараюсь добавить в игру какую-нибудь изюминку, но не всегда это идет на пользу результату. Да, Марат делал потрясающие шоу. Сейчас публика освистывает того, кто ломает ракетку на корте. Но такой же жест Сафина зрители встречали бурными овациями. Он их приучил к этому. Марат многое сделал для тенниса, прежде всего тем, что на корте оставался самим собой, был до конца откровенным и настоящим. Временами перебарщивал с эмоциями, но его любили и все прощали. Правда, эта вспыльчивость очень сильно помешала развитию его карьеры. Он мог бы играть лучше и дольше.

- Вы слишком интеллигентный, чтобы на корте ломать ракетки. Так чем же вы берете зрителя?

- Есть много способов. Эффектно играть розыгрыши, укорачивать удары, например. Когда все получается - результатом является красивая и зрелищная игра. Но когда начинаешь перегибать палку, теряется чувство реальности, и ты перестаешь ощущать разницу между победой и поражением, как это происходило со мной в последнее время. С Рауничем, помнится, устроил шоу, подавая снизу. Я проигрывал во втором сете и решил чуть подзадорить публику. На самом деле - это не совсем правильно. Такое действие можно трактовать как неуважение к сопернику. Но, к счастью, Милош отнесся к этому с юмором.

НУЖНО ПРОСТО ЖДАТЬ, НО ЭТО ТАК СЛОЖНО!

- Чтобы угадывать, куда полетит мяч, нужно обладать каким-то особенным чутьем или же этому можно научиться?

- В большинстве случаев это, скорее, инстинкт. Хотя некоторые спортсмены обладают способностью читать движения соперника и могут предугадать направление полета мяча. Память плюс шестое чувство - вот секрет успеха. Ведь это ощущение приходит с опытом, с количеством наигранных ситуаций в матчах. Все мы пытаемся угадать, куда нужно бросаться. Но одни угадывают чаще, как Мюррей, которого чутье не подводит в девяносто процентах случаев. Как часто у меня срабатывает интуиция? Когда ты находишься в хорошей форме, она приходит сама. А потом так же неожиданно исчезает. 

- Кто из теннисной элиты - самый большой трудоголик? А кто позволяет себе лениться? И можно ли вообще в теннисе выехать на одном лишь таланте?

- На таланте можно сделать все. Это такая вещь, которая, если раз дана, то уже на всю жизнь. А вот насчет того, кто и как работает, ответить очень непросто. Теннисисты - невероятно закрытые люди. Главное - выйти на корт и рассказать сказку, подать ее легко и непринужденно. Из тех теннисистов, с кем я лично сталкивался, самым большим трудоголиком является словак Доминик Хрбаты. Всю свою жизнь он тренировался по семь часов в день в бешеном темпе, никогда не сбавляя обороты. Он не был теннисистом от Бога. Но у него был другой талант - умение трудиться. И мотивация, чтобы делать это годами. За счет труда Хрбаты в свое время и держался в двадцатке лучших в мире. Бывают и другого рода таланты, я говорю о стойкой психике и умении работать.

- А в ваших победах какова доля таланта и какова - труда?

- Мне сложно вот так вычислить пропорции. Работа у меня всегда идет огромная. Когда между турнирами есть время, я тренируюсь по пять с половиной часов в день. Нагрузку распределяем, исходя из календаря: когда больше тенниса, значит, меньше времени занимает ОФП и наоборот. У меня есть одно правило: работа, которую ты проделал, никогда не проходит напрасно. Пусть даже результат я увижу не прямо сейчас, а через месяц, два, а то и через полгода. Никогда не было так: ничего не получается, значит нужно завязывать с теннисом. Когда мне было двенадцать лет, мой тренер Юрий Образцов мог выгнать меня с тренировки из-за того, что я слишком злился. Да, я злился, но не отступал. И сам с корта никогда не уходил.

- Как вы восстанавливаетесь после огромного физического и эмоционального напряжения?

- Той же тренировкой. Ты просто продолжаешь работать и чувствуешь себя, как рыба в воде. Когда ты прекращаешь тренироваться, то перестаешь быть спортсменом. Легко сказать: «Я устал и у меня ничего не получается». Профессионализм в спорте заключается именно в том, что в любом состоянии нужно идти дальше.

- В юные годы вам пророчили звездную карьеру, отводя место, как минимум, в мировой Топ-10…

- Задатки у меня действительно отмечали. Но, вот видите, развиваюсь я как-то медленно. Хотя, конечно, время еще есть. Что мне мешало стремительнее двигаться к цели? По-разному бывало. В двадцать лет я сломал палец на правой руке и несколько месяцев не играл вообще. А потом еще долго боялся по мячу ударить. Но даже если разложить мою жизнь по полочкам, я не могу сказать, что где-то я сделал огромную ошибку. Все мои действия куда-то привели, и чего-то я все-таки достиг. У меня еще есть в теннисе пять-шесть лет - самых продуктивных. Надеюсь, что за это время смогу достичь всех поставленных целей и оправдать все ожидания. Мне еще есть куда развиваться физически. И, кроме того, основная цель - совершенствоваться тактически. Ведь психологически очень трудно играть матчи, когда ты знаешь, что все делаешь правильно, но ничего не получается. В таких случаях нужно просто выждать, и ситуация обязательно изменится. Но ждать - это же так сложно. И ты начинаешь что-то выдумывать. (Улыбается).

- Какой матч был самым длинным в вашей карьере?

- В этом году с Ильей Марченко мы играли 4 часа 54 минуты.

- Как за такое длительное время не утратить концентрацию?

- Это невозможно! На солнце Австралии при тридцати градусах пробегать почти четыре часа нелегко. И последнюю часть игры, самую важную, несомненно, ты проводишь на одних только ощущениях. Мозги в таком состоянии отключаются, и ты черпаешь ресурс в эмоциях.

НЕ ДОВЕРЯЮ Я ПСИХОЛОГАМ

- У вас есть «свои люди» на трибунах?

- Жена. Вот от кого, бросив один-единственный взгляд, можно наполниться энергией! К сожалению, Анфиса далеко не всегда может поехать со мной на соревнования. А с тренерами нужно быть осторожным: у одних почерпнешь энергию, а на других можешь и сорваться. (Смеется). Как они это терпят? Это их работа. Перед игрой тренер разрабатывает для тебя план. И если что-то идет не так, естественно, ты начинаешь нервничать.

- Не так давно вы были в поисках новой тренерской команды…

- С декабря мы работаем с чешским тренером Ярославом Левинским, который еще сам не так давно играл. А совсем недавно в моей команде появился тренер по ОФП Марко Габор, в прошлом венгерский атлет, который был четвертым в мире в стипль-чезе. Команда укомплектована. Теперь посмотрим, куда нас это приведет.

- В других олимпийских видах спорта у тренера с учеником часто складываются очень душевные отношения. А каким получается сотрудничество в теннисе, где за основу берется контракт, и вы платите деньги из собственного кармана?

- Чем моложе я был, тем более дружеские у меня с тренерами были отношения. Но со временем я понял: чем больше ты привязываешься к человеку, тем сложнее впоследствии корректно расстаться с ним. Приходит время, и ты понимаешь: этот человек в профессиональном аспекте тебе ничего больше не может дать и пора с ним попрощаться. Но ты не можешь, ведь у вас определенная эмоциональная связь. Поэтому теперь я стараюсь быть более рациональным.

- Как-то в интервью вы признались, что вы - не самый приятный подопечный. Почему?

- На матчах я обычно спокойный и уравновешенный. А вот на тренировках часто могу вспылить. При этом тренеру не грублю, взрываюсь внутри самого себя: могу зашвырнуть ракетку куда подальше либо же сломать ее.

- Какая победа оставила у вас в душе самый яркий след?

- Первый мой финал в Загребе, в 2008 году. С тем прорывом никакая другая победа не может сравниться! Я тогда был «лаки-лузером» и играл против Ивана Любича, который находился в двадцатке, а год перед тем даже был четвертым. Матч проходил у него дома. Со стороны казалось, что выиграл я легко, ведь все время вел в счете. Но на самом деле мне пришлось очень трудно: все жилы были предельно натянуты. Поначалу я даже не слышал звука, когда отлетал мяч. Но потом все пришло в норму: я перестал думать о том, где и против кого я играю и за что. Но когда матч приближается к концу, волей-неволей эти гадкие мысли возвращались. Знаю, что у некоторых спортсменов даже есть личные психологи. У меня в команде специалиста такого профиля нет. И, честно говоря, обзаводиться им не собираюсь. Не доверяю. У меня есть жена, с которой я могу все обсудить и попросить совета. Играла ли Анфиса в теннис? Да, но очень давно. А вот ее сестра играет. Да и мой младший брат Леонард - тоже теннисист. Он может позвонить и сказать: «А вот в тот момент ты та-а-ак сыграл!» И у нас начинается перепалка. (Улыбается).

- Одни игроки перед выходом на корт слушают любимую музыку, другие - молятся, третьи - медитируют. А как настраиваетесь вы?

- Чтобы защититься от ненужных, порой навязчивых мыслей, каждый спасается, как может. Виктория Азаренко танцует, например. А я погружаюсь в рутину - сосредоточенно разминаюсь. И по настроению одеваю-таки наушники. Мне очень помогает одна песня, она на английском языке и называется «То, что внутри». Спел ее бывший теннисист Дима Видайко из Киева. Но по радио вы эту композицию не услышите - это хит лично для меня!

В КУБКЕ ДЭВИСА ЭМОЦИИ СГОРАЮТ ДО ОСНОВАНИЯ

- Кроме личных титулов, у вас в коллекции есть и финалы в парном разряде. Какая игра вам больше импонирует: когда ответственность лежит только на вас, или же когда на помощь всегда готов прийти партнер?

- Легче, приятнее и веселее, конечно, играть в паре. Даже когда проигрываешь, есть с кем разделить горечь поражения. Так же, как и радость в случае победы. Тем не менее, парные турниры я рассматриваю лишь как часть тренировки: возможность поиграть с лету, с маху, отработать удары в соревновательных условиях. Мне очень нравится играть с Михаилом Южным. Но в этом году мы разошлись в рейтинге - я немного упал, а он остался на прежних позициях, поэтому нам очень сложно скоординировать свои календари. Зато теперь довольно-таки удачно сотрудничаем с Сергеем Бубкой-младшим. Надеюсь, у нас будет шанс зацепиться за Олимпиаду и, может быть, за Уимблдон. (Беседа состоялась еще до того, как были объявлены участники олимпийского турнира в Лондоне-2012. - Прим.Е.С.).

- Для большинства спортсменов-профессионалов Олимпийские игры - это второсортные соревнования…

- …что вы, я считаю, что Олимпиада - это вершина карьеры! Ведь турниры «Большого шлема» проходят четыре раза в год, а Олимпийские игры - раз в четыре года. В Пекин я не попал. Считаю себя хорошим теннисистом. И если так сложатся обстоятельства, что я не сыграю на этой Олимпиаде, мне будет не просто обидно, а безумно обидно. Знаете, когда Евгений Кафельников выиграл в Сиднее-2000, я впервые в жизни увидел, как он улыбнулся. А вот после победы в Париже или в Австралии он покидал корт даже без намека на улыбку. Так что у каждого спортсмена хотя бы раз в жизни должна быть Олимпиада.

- У вас - имидж патриота, который никогда не отказывался играть за национальную сборную даже в самые финансово сложные времена. Но слышала, есть один раздражитель, из-за которого вы можете отказаться от сине-желтой майки. Это Александр Долгополов. Что должно было случиться между вами, чтобы в прессе прозвучали слова: «либо - я, либо - он»?

- У меня с Долгополовым нет никаких конфликтов. А его конфликты с федерацией не имеют ни к кому из нас, игроков сборной, никакого отношения. И все мы были бы очень рады, и я, в первую очередь, если бы Саша решил поддержать команду в Кубке Дэвиса. Нам же легче было бы. Мои слова были поняты превратно. Я сказал, что, если Долгополов будет играть, мне в некоторые моменты можно будет выпасть из команды и при этом знать, что она не пропадет. Я уже шестой год подряд играю за сборную. А это не так легко, в первую очередь, в психологическом аспекте. В матчах Кубка Дэвиса мои эмоции сгорают до основания, поскольку играть за страну - огромная честь и ответственность. Когда выступаешь только за себя, к поражениям относишься философски и куда легче прощаешь их себе.

НЕ ХВАТАЕТ БОРЩА И ДОБРОТЫ

- Вы уже выбрали страну, которая станет вашим домом?

- Я продолжаю быть резидентом Словакии: в Братиславе появляюсь довольно-таки часто. Анфиса заканчивает магистратуру в Лондоне, поэтому и в этом городе я уже стал своим. Ну и, конечно же, Киев. Пока живу на три страны. А где обоснуюсь окончательно, время покажет.

- В твиттере вы писали, что вас просто убивают украинские гаишники. При каких обстоятельствах вам пришлось поближе познакомиться с украинской дорожной милицией?

- О, нет, это не для прессы. (Смеется). Это просто были мои мысли вслух. Пример ГАИ - это лишь частный случай, который, тем не менее, показывает, по какому принципу работает вся страна.

- Вы очень любите Украину, но в то же время не хотите жить здесь. Почему?

- Я вырос в Европе. И скажу, что система там далека от идеала. Но когда приезжаю сюда, понимаю, что европейская модель не так уж и плоха. В Украине трудно жить, имея принципы. Точнее - трудно чего-то достичь. Что меня больше всего раздражает? Коррупция. Человека берут на работу не за то, что он умеет что-то делать лучше других. А лишь потому, что он - чей-то знакомый. В спорте очень многие возможные победы не случаются лишь потому, что со стороны государства нет должного внимания. Возьмем тот же футбол, за событиями которого я слежу постоянно. При этом я не могу назвать фамилии ни одного молодого игрока, который будет представлять Украину, когда уйдут из спорта Шевченко и Тимощук. А все потому, что детям негде играть. Вот в том же Киеве сносят детские площадки и на их месте строят офисные здания. Такая большая и богатая страна способна на большее.

- А осталось ли в Украине что-то, о чем за рубежом приходит ностальгия?

- Кухня. Я обожаю борщ, просто жить без него не могу. А еще бывает ностальгия за людьми. Потому что люди у нас хорошие и добрые. За границей, как бы то ни было, в отношениях людей наблюдается некая расчетливость.

УВИДЕЛ АНФИСУ И ПОГИБ

- Как влияет семейная жизнь на спортивную карьеру?

- Я вообще не хочу связывать супружество и спортивную карьеру. Считаю, что семейная жизнь - это просто счастье. И мне безумно повезло, что я встретил Анфису.

- Но ведь не так давно вы встречались со словацкой девушкой и во всех интервью уверяли, что не собираетесь жениться. Что же заставило так кардинально измениться за такой короткий промежуток времени?

- Когда встретил Анфису, понял: это тот человек, с которым хотелось бы вместе состариться. А до той встречи я действительно не думал, что нечто подобное может произойти именно со мной. Да об этом можно целый роман написать. (Смеется). Впервые мы увиделись в Лондоне. Но это даже не увиделись. Так, пересеклись. Я принес Анфисе пригласительные на Уимблдон и тут же убежал - у меня совсем не было времени, а ко всему еще и неважно себя чувствовал. Но позже, чтобы загладить свою вину, я уже в Париже пригласил ее на обед. И все… Что же меня так зацепило? Да все. Мало сказать, какая у меня жена красивая, умная и интеллигентная. Не думал я тогда о красоте и об интеллигентности. Я просто погиб.

- Анфиса не жалуется, что муж постоянно на работе?

- Я очень волновался, что ей будет одиноко. Но получилось все наоборот: трудно без жены мне. (Смеется). Анфиса прекрасно понимает особенности моей работы и не жалуется. Она самый близкий мне человек. Мы друг друга понимаем без слов, и все решения принимаем только вместе. За все время, которое мы знакомы, я был откровенен во всем. И также уверен, что за этот период времени знаю все и о ней. А прошлое, мы решили, не стоит ворошить.

- Вы родились в медицинской семье. Наложила ли на вас профессия отца какой-то отпечаток?

- Я не переношу вид крови и не люблю больниц. Несмотря на то, что мне нравится помогать людям, во мне нет этакого медицинского стержня. Ведь это огромная ответственность, когда у тебя в руках чья-то жизнь. Такую тяжесть не каждый сможет взвалить на свои плечи.

- Свой вклад в семейные медицинские традиции вы все-таки внесли, основав благотворительный фонд «Эйс против рака». Этот проект существует до сих пор?

- Да, конечно. За каждый свой эйс я перевожу пять долларов в Институт рака. Эти деньги идут не на лечение больных раком непосредственно, а на содержание самого института, обучение персонала. Ведь медицина у нас в стране, согласитесь, далеко не на высшем уровне.

- И сколько эйсов у вас бывает в среднем за матч?

- Сейчас их количество ощутимо увеличилось. Поддерживать институт становится все накладнее. (Смеется).

В ДЕВЯТЬ ЛЕТ У МЕНЯ БЫЛ СОБСТВЕННЫЙ КОНЦЕРТ

- А ваш отец не был огорчен, что сын не последовал по его стопам, а предпочел стать профессиональным спортсменом?

- Папа сам играл в баскетбол. И именно благодаря спорту попал в медицинский институт. Спорт в нашей семье - не меньшая традиция, нежели медицина. Мой старший брат, который, кстати, избрал врачебную стезю, также когда-то занимался баскетболом. Мне самому прочили карьеру профессионального баскетболиста. Но к тому моменту я уже всерьез заболел теннисом, которым стал заниматься с легкой дедушкиной руки.

- А еще, насколько я знаю, вы пели, рисовали, играли на фортепиано. Это было вашим собственным увлечением или же дополнительной «нагрузкой» родителей?

- Ну, петь я точно не научился. У меня такой баритон - просто ужас! Да и на фортепиано сейчас не вспомню ни одной композиции, хотя в девять лет у меня был собственный концерт. На самом деле, очень жаль, что теннис «съел» все мои детские увлечения. Я неплохо рисовал, и даже сейчас мне иногда хочется взять в руки кисть или карандаш. Или сесть за фортепиано и пробежаться по клавишам. Но нет ни минутки, чтобы потакать подобным желаниям. Может быть, когда-нибудь… потом.

- Потом - это после окончания спортивной карьеры?

- Я стараюсь так далеко не заглядывать. После ухода из спорта хотелось бы совершенствоваться в том, что я умею лучше всего. Поэтому, думаю, моя дальнейшая деятельность так или иначе будет связана со спортом. Мне хочется популяризировать его в Украине. Я бы не сказал, что в Европе спорт является главным приоритетом. Но движущим фактором патриотизма, это уж точно.

- Еще среди ваших увлечений числится гольф…

- Гольф отнимает слишком много времени, поэтому играю достаточно редко. Кстати, это не такая спокойная игра, как может показаться со стороны. Но если ты неплохо в ней освоился, можешь позволить себе немного и расслабиться. Ведь на поле ты играешь один, и все зависит только от тебя самого. А на корте все твои планы и схемы может разрушить соперник. В теннисе ты можешь сыграть хорошо, но соперник - еще лучше. Или сопернику просто повезет, и ты остаешься не у дел. Но именно из-за своей непредсказуемости теннис остается для нас, теннисистов, самой большой спортивной страстью.

Елена САДОВНИК, Спорт-Экспресс в Украине

Невероятно, но факт:
Читайте также:
 
Материалы по теме:
Другие новости:
 
Комментарии
Еще никто не комментировал.
Добавить
Имя
Комментарий
- введите код с картинки (с учётом регистра)
 
Спорт. Реклама
Книга о Суркисе
Социальные сети
Наши партнеры

Content on this page requires a newer version of Adobe Flash Player.

Get Adobe Flash player

Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер:

Наши друзья
Прессинг
Динамо Киев от Шурика